В последнее время практически у любой уважающей себя финансовой компании в перечне продуктов, предлагаемых клиентам, появились так называемые структурные (или структурированные) финансовые продукты. По словам менеджеров компаний, эти продукты имеют уникальные характеристики надежности и доходности, сложную структуру, состоят из набора различных активов и обязательно включают в себя деривативы (производные финансовые инструменты).

Деривативы — сразу вспоминаются слова ведущих экономических телевизионных программ о финансовом кризисе и его причинах. Как часто последние пару лет звучало: мировой финансовый кризис, ипотечный кризис сабпрайм, деривативы — спусковой крючок кризиса. А слова, сказанные мультимиллиардером Уорреном Баффеттом, назвавшим производные инструменты «финансовым оружием массового поражения», «бомбами замедленного действия, угрожающими экономической системе». Так что нам предлагается — финансовая инженерия на службе народа или токсичные отходы финансового рынка?

С приведенными цитатами сложно не согласиться. Причина, по крайней мере, наблюдаемая невооруженным глазом, еще не закончившегося кризиса — чрезмерное увлечение финансовым рычагом, проще говоря, перепроизводство кредитов и прочих обязательств. А механизмом реализации и роста навеса обязательств выступили деривативы.

К реальным существующим в экономике активам выпущено огромное количество производных финансовых инструментов — всевозможных обязательств купить, продать, выплатить разницу при изменении цены или оговоренную сумму при наступлении каких-либо обстоятельств. К сегодняшнему дню их объем уже в несколько раз превысил весь мировой ВВП. При достижении критической массы этой сложной системы последовала расплата. Некоторые финансовые компании не смогли выполнить взятых на себя обязательств, зашитых в производные финансовые инструменты, что вызвало эффект домино и проблемы у еще большего круга участников хозяйственной деятельности, уже не только финансовых, но и промышленных компаний и индивидуальных инвесторов. Деривативы, находящиеся на балансах компаний, как теперь говорят, стали «токсичными». То есть неизвестно будут ли выполнены по ним обязательства и, соответственно, стоят ли они хоть что-нибудь.

То есть, получается, от деривативов один вред и, предлагая нам содержащие их финансовые инструменты, нас хотят обмануть и продать некачественный товар? Чтобы сделать вывод, для начала посмотрим, когда деривативы появились, кто их придумал и зачем вообще они существуют.

Начиналось все из чисто утилитарных потребностей. Первыми появившимися деривативами обычно считают фьючерсные контракты. Они родились как развитие стандартизации условий совершения сделок с сельскохозяйственными товарами: кукурузой, зерном, рисом. Некоторая формализация торговой практики, такая как место торговли, правила товарообменных операций, включая отсроченную поставку, имела место еще со времен Древней Греции. Но отсчет новой эры деривативов начался в 1865 г., когда Чикагская биржа ввела новые правила торговли зерном — разработала фьючерсные контракты, стандартизирующие условия сделок по качеству, объему, сроку и условиям поставки. И, что очень важно, была введена система гарантийных взносов, обеспечивающая выполнение обеими сторонами сделок своих обязательств по контрактам. После заключения эти контракты могли свободно обращаться на бирже, то есть покупаться и перепродаваться другим участникам торгов.

Следующий важный этап развития деривативов пришелся на начало 70-х годов прошлого века. В обращении появились стандартные фьючерсные контракты на финансовые ценные бумаги, а чуть позже и опционы. Именно этот этап характеризовался взрывным ростом объема торгов и разнообразия деривативов. Всего за полтора десятилетия финансовый срочный рынок обогнал развившийся несколько столетий товарный рынок.

Такой рост объясняется объективными условиями развития мировой экономики — волатильностью процентных ставок, увеличением госдолга, политикой стимуляции, процессами глобализации и информатизации.

Как и в случае с появлением товарных фьючерсов, финансовые деривативы служили утилитарным целям снижения этих рисков (их хеджирования), а также целям повышения ликвидности, рефинансирования и другим вполне практическим задачам финансовых и производственных компаний.

Объем деривативов в биржевом и внебиржевом обращении за несколько последних десятилетий интенсивного развития, по некоторым оценкам, приближается к 500 трл.долл. Они проникли проникли во многие области экономики: сельское хозяйство, добычу полезных ископаемых, сферу недвижимости, валютные операции, появилась индустрия финансовой инженерии, предлагающая на рынок все более изощренные виды деривативов и конструкции их использующие — структурные продукты.

Вот здесь недостатки деривативов встали во весь рост. Как мы помним, деривативы по сути это различного рода обязательства сторон друг перед другом. Проблема заключается в возможности их строгого исполнения. Если для деривативов, обращающихся на бирже, существует система гарантийных взносов и, при необходимости, довнесения обеспечения стороной, выпустившей обязательство во время всего срока его жизни, то для внебиржевых инструментов часто надежность определялась лишь по репутации и системе рейтингов, что, в конечном итоге, привело к дестабилизации рынка.

Здесь самое время вернуться к интересующему нас вопросу о надежности предлагаемых сейчас финансовых инструментов, содержащих деривативы. Исходя из опыта кризиса, можно сказать, что ответ кроется в самой структуре дериватива, в системе обеспечения обязательств, заключенных в нем. Например, за время острой фазы финансового кризиса 2008–2009гг ни одна биржевая система, гарантирующая выполнение обязательств сторонами по деривативам, не подвела. В России, при падении за полгода стоимости акций в индексе РТС в пять раз, сбоев с выполнением обязательств по срочным контрактам допущено не было.

Отсюда практическая рекомендация. Если предлагается некоторый финансовый продукт, в частности и структурный, включающий деривативы, поинтересуйтесь, кто участвует в его практическом построении и как обеспечивается выполнение обязательств. Будет ли это биржевая клиринговая палата, гарантия финансовой организации с высоким рейтингом или только обещания продающего продукт менеджера. Если, с этой точки зрения, предлагаемую структуру вы найдете приемлемой для своих целей, тогда уже можно дальше смотреть на другие характеристики предложения — общая доходность продукта, когда должна получиться прибыль, вероятность получения и влияние движения рынка на её размер.

Например, часто предлагается структурный продукт примерно такого содержания. Он состоит из двух частей. Основная, большая часть денег вкладывается в депозит или облигации на определенный срок. Эта доля к концу срока дает гарантированную (риск дефолта тут надо рассматривать отдельно) сумму дохода. Вторую, меньшую часть, берут в размере, равном этой гарантированной сумме дохода, и вкладывают в деривативы. Если эта часть будет потеряна, то инвестор суммарно просто получит назад деньги в исходном размере.

Зато, при правильном выборе стратегии дериватива, возникает возможность получить суммарную доходность по двум частям,значительно превосходящую доходность, которую возможно получить на рынке, если просто поместить всю сумму на депозит. Благодаря своим защитным качествам такой структурный продукт называется продуктом со 100% защитой (Principal Protected).

В зависимости от выбора дериватива и применяемой стратегии (обычно используют опционы или опционные стратегии) возникает возможность сконструировать финансовый инструмент с различными характеристиками сочетания риска-доходность в зависимости от инвестиционных предпочтений инвестора. Диапазон выбора может быть очень широк: от консервативных стратегий, с защитой исходного капитала и даже части процентов на него, вплоть до неограниченной доходности, аналогичной вложениям в акции или даже с эффектом плеча, но с определенной защитой исходного капитала.

Преимущество такого структурного продукта еще и в том, что составить его возможно из биржевых инструментов, что благоприятно скажется на надежности выполнения обязательств по производным инструментам. Однако не надо упускать из вида и прочие моменты функционирования всего структурного продукта в целом. Это и надежность финансовой компании, через которую вы покупаете деривативы, надежность эмитента инструмента с фиксированной доходностью или банка, где размещается депозит, не надо упускать из виду валютные курсовые риски и риски изменения процентных ставок, если для вас это важно.

В общем, пришли к тому, что чудес в финансовой инженерии нет. Пользоваться можно. Но тут всё, как и везде, при выборе и взаимодействии со сложной системой — будь то новый автомобиль или таинственный структурный продукт. Необходимо разобраться в финансовой механике самому или найти по знакомству хорошего «финансового механика», кто поможет выбрать, купить и правильно его эксплуатировать.